Погода за окном окончательно испортилась, холодный осенний ливень заставляет даже самых упрямых прохожих искать укрытие. В уютной тишине чайной «Мяу-Мяу» царит особая, почти сонная атмосфера. Хару, устроившись на своём любимом подоконнике, лениво наблюдает за стекающими по стеклу каплями, а Юки тихонько перебирает старые фотографии в коробке за стойкой. Внезапный порыв ветра и звон колокольчика над дверью возвещают о появлении нового гостя — промокшего до нитки молодого человека с потерянным взглядом и пустым холщовым мешком в руках.
Он не торопится сделать заказ, а просто сидит, согревая озябшие ладони о чашку с простым чаем, подаренным ему Юки. Между ними завязывается тихий, прерывистый разговор. Парень, представившийся Кейтом, оказывается уличным музыкантом, чья гитара — единственная ценность и источник дохода — была украдена прямо сегодня утром. Теперь он чувствует себя опустошённым, лишённым не просто инструмента, а собственного голоса. Вместо того чтобы давать советы, Юки молча слушает, а Хару, словно чувствуя его печаль, осторожно устраивается рядом, предлагая безмолвное утешение своим присутствием. Под мерный стук дождя Кейт начинает рассказывать историю своей первой, старой и расстроенной гитары, купленной на сэкономленные от подработок деньги, и о первой песне, которую на ней сочинил. В этой простой исповеди, среди аромата чая и кошачьего мурлыканья, к нему постепенно возвращается нечто важное — понимание, что музыка живёт не в дереве и струнах, а внутри него самого. Эпизод заканчивается тем, что Кейт, уже под просветлевшим небом, напевает новую мелодию, глядя на спящего в луче солнца Хару, а в его кармане лежит неожиданный подарок от Юки — старый, но бережно хранимый медиатор, как напоминание о том, что любое начало возможно.
